«Шапочный незнакомый»

Она запятую зовёт по-английски — «comma»
А в продолжении рацпредложений ставит тире
Он уже почти летний, но ещё пока шапочный
Её незнакомый
Умеющий талантливо настраивать чувства
И играть на нерве в Си бемоле
С крепким баррэ
Она если спит, или может притворяться
То исключительно всегда на левом боку
Не предоставляя волеизъявляться
Ни сердцу и ни одеяльным краям
А он сидит в кафе во Вьентьяне
Как «Девичья Башня» стоит в Баку
И очень искоса
Как тот снобливый арт-критик
Щурясь так, высверливает Том Ям
Она на встречах своих ежеланчевых
Говорит о «kpi», моделях и индексах
Читает нотации
Аргументирует свои презентации
Да только и думает, как скорее
В будущий вечер достаться бы…
Итак, на автопилоте-самосаде
Самолёт вовсю на глиссаде
Развеваясь мчится она в «Noy’s Fruit»
Истово так влекома
Своей глубоко летаргической
Влюблённою комой
Он сидит. И не съев суп
Тянет рыхлый малахитовый фреш
И сквозь пыльной витрины брешь
Кажется ей таким близким
Ведь был так скрупулёзно ею искомый…

Стопэ!

Сядь рядом, выдохни
И примерься
Только после отрежь
По уму-то, на деле он
Совсем ещё шапочный
Ни дня тебе незнакомый…

«Проспект Науки»

Я с тобой покурю
На рассвете проспекта Науки
Запитав на губах
Спелым рислингом влажную ночь
Я с тобой повторю
Наши самые важные звуки
Те, что вспомнит твой сын
И моя вовсе взрослая дочь

Я с тобою пройду
Перекрестками памяти с болью
Где в витринах стоят
Манекены забористой лжи
Я с тобою найду
Переулок с той самой любовью
Что от нас разорилась
Ввиду непосильной маржи

Я тебя обниму
Заплетая скучавшие руки
И закрашу печаль
Чисто-начисто белым вином
Я тебя подниму
Выше той неизбежной разлуки
С чем не справился бы
Даже самый лихой астроном

Я с тобой докурю
На рассвете проспекта Науки
Засыпая мечту
Пеплом дружной семьи сигарет
Я с тобой подарю
Индульгенцию будущей муке
Перед тем как исчезнуть
На новую тысячу лет